suzemka

PHIL SUZEMKA

Life Counted In Nautical Smiles


Previous Entry Share Next Entry
suzemka

ВЫ ЛЮБИТЕ АСАДО?




Её место было на Сан-Мартине, неподалеку от закрытых пыльными гофрированными панелями задних окон «Харродза». Если по Альвеар идти вдоль сквера и на следующем от «Мариотта» перекрёстке свернуть направо, то как раз и выйдешь к той нише, в которой она обычно сидела.





Ниша была глубокая: во всяком случае, когда по улице проезжала полицейская машина, ей было достаточно откинуться, чтобы скрыть от полиции лицо и почти всё тело. Ноги, конечно, оставались на виду – красивые, точёные, в блестящих чулках, уходящие под кромку мини-юбки, которую иногда медленно и рассеянно поправляла показывавшаяся из темноты ниши рука с двумя кольцами на безымянном пальце.

Впрочем, полицию больше беспокоили участившиеся после кризиса грабежи в microcentro, чем эта женщина, каждую ночь появлявшаяся в одно и то же время в нише напротив «Харродза».






«Харродз» закрыли в девяносто восьмом, через полгода после обвала песо. Вообще, многие магазины тогда закрылись, люди перестали покупать дорогие вещи, а дешёвых в «Харродзе» не продавали. На окна первого этажа повесили гофрированные железные щиты, освещение выключили, перестали мыть тротуар, и почти сразу вся эта часть microcentro превратилась в сплошную помойку.

Жители Вижжья Трентуна - низкорослые индейцы, проныры-метисы из лачуг Ла-Боки, приходившие сюда, как и она, по ночам, рылись до рассвета в мусорных баках, внимательно разворачивали черные пластиковые мешки, выброшенные владельцами  лавок, что-то вечно перекладывали с места на место… Незадолго до рассвета вижжерос исчезали по одному, по двое, перекинув через плечо старые сумки с уложенной в них добычей.

Вместе с ними исчезала и она.

Впрочем, иногда ей удавалось уйти и раньше. Когда она касалась пальцами края юбки, редкий прохожий не замедлял шага и не старался пройти ближе к нише. Она внимательно и оценивающе смотрела на них из своего укрытия.

По временам ей казалось, что её тело разделено на две части: ту, которую она пытается показать и ту, которую она старается оставить себе. Она любовалась собственными ногами, ей казалось, что они принадлежат не ей, и даже рука, в те мгновения, когда она скользила по краю юбки, словно бы покидала ее ненадолго.

Грех было жаловаться на заработок…






…Калека проходил по Сан-Мартину примерно в одно и то же время – где-то между одиннадцатью и полуночью. Он осторожно брёл по улице, мягко ставя костыли и перебрасывая вперёд свою единственную ногу. Шляпа – не та, что покупают туристы, не ведро из дешёвой жесткой кожи, а настоящая, мягкая, широкополая шляпа, лихо сдвинутая набок и опущенная на глаза, скрывала его лицо, лишь иногда, в момент затяжки, чуть освещавшееся огоньком сигареты.

Длинный кожаный плащ, доходивший ему до щиколоток, вернее – до одной щиколотки, хоть
никогда и не бывал  застёгнут, всё же скрывал своего владельца почти полностью и не позволял судить о том, докуда у калеки была отрезана нога.

Он проходил мимо ниши, никогда не замедляя ритма своего перемещения. Костыли-нога, костыли-нога, костыли… Раз-два, раз-два, раз… Это совсем не напоминало шаги человека. Нормальный человек может участить шаг, может с него сбиться, а этот – нет. Он двигался как механизм, и ей стало казаться, что каждую ночь мимо нее проходит оживший метроном.

Калека всегда показывался со стороны кофейни. И шорох пол его плаща, тоже какой-то очень размеренный и механистичный, сначала приближался, а потом удалялся от её ниши. Где-то внизу, за аптекой, он, этот шорох, затихал совсем.

Иногда за нею приходили раньше, чем он появлялся. Она легко и послушно уходила, совсем не думая о калеке и вспоминая о нём только под утро, когда оставалась одна и шла на кухню, чтобы заварить себе матэ.

Как его зовут? Где он живет? Есть ли у него семья? Все эти вопросы не то, что б занимали её, но просто как-то постоянно сквозили в её голове среди прочих мыслей, вроде мыслей о том, что нужно купить жетоны для прачечной или что пора платить за свет.

Однажды он остановился совсем рядом с нишей, не более чем в паре метров от неё, и какое-то время стоял, тяжело дыша и покачиваясь. Она даже выглянула из своего укрытия и попыталась его рассмотреть. Он сдвинул на затылок шляпу, и она подумала, что сейчас, наконец, его увидит. Но он, что-то бурча, вытер лоб рукой и сразу вернул шляпу на место.

Она так ничего и не разглядела и даже обиделась на него из-за этого.






...И все же эта ночь пришла: он остановился напротив неё и начал шарить в карманах плаща. От него шел запах неплохого одеколона, слегка сбитый запахом табака и спиртного. В какой-то момент калека покачнулся и она вскочила, чтобы схватить его за рукав. Но он удержался сам и только удивленно посмотрел на неё.

- Ведите себя прилично, сеньора, - с неприязнью пробурчал он, - я совсем не собираюсь на вас тратиться…
- Простите, - растерялась она, - мне просто показалось, что вы сейчас упадете…

Мужчина подумал и кивнул, принимая объяснение.

- У вас не найдется огонька? - спросил он уже более спокойным голосом. – В кармане дыра, зажигалка всё время проваливается…

Она порылась в сумочке и протянула ему спички. Калека прикурил, вернул коробок и двинулся к аптеке, бросив на ходу: «Спасибо, сеньора!»

Два следующих дня её уводили раньше и они не виделись. В эти два дня она неплохо заработала и даже подумала о том, что всю следующую неделю ей вовсе необязательно искать заработок. Но вечером, когда часы собора у Плаза де Майо пробили одиннадцать, она вышла на Сан-Мартин.




***


…Он появился из-за кофейни в половине двенадцатого. Она выглядывала из своей ниши и видела, как он приближался. Когда до него оставалось метров десять, она встала и прислонилась к стене дома.

- Добрый вечер, сеньор, - сказала она.

- Добрый, - сказал он, останавливаясь и перехватывая костыли в одну руку. – Только я ведь предупреждал, я не потрачу на вас ни песо. Я не из тех придурков, которых вы тут вылавливаете. Я предпочту хорошую порцию асадо тому сомнительному удовольствию, что вы в состоянии мне тут предложить.

Полицейская машина медленно повернула с Виамонте на Сан-Мартин и так же медленно поехала вдоль мусорных баков в их сторону.

- А если я предложу вам хорошую порцию асадо? – улыбнулась она.

Он приподнял шляпу и посмотрел на нее недоумевающе. Она успела заметить на лбу и левой щеке несколько шрамов.

- Так что насчет асадо? – снова спросила она. – Между прочим, я вообще неплохо готовлю мясо.

Он отвернулся и, глядя в сторону приближающейся машины, пробормотал:
- Я, пожалуй, соглашусь… Только зачем вам это надо?…






Машина остановилась и офицер, поправляя фуражку, подошёл к ним. Мельком глянув на калеку, он обратился к женщине:

- Вам известно, что вы не имеете права на свою деятельность в этом районе?

- Какую деятельность? – удивился калека. – Это моя сестра, она пригласила меня сегодня на асадо. Мы сейчас покурим и поднимемся. Какую-такую деятельность, лейтенант? Я ветеран, вы же не хотите неприятностей из-за того, что помешали герою Мальвинской войны встретиться с сестрой?

- Вы были на той войне? – спросил полицейский. – Сочувствую, сеньор. В моей семье тоже есть потери. Желаю приятного вечера.

Офицер ушёл.

- Лейтенант пообещал нам хороший вечер, сестрёнка, - сказал калека. – Не обманем его ожиданий!

… В лифте он снял шляпу. Всё лицо у него было в шрамах.

- Вы надвигаете шляпу, чтобы никто этого не видел? – растерявшись, впрямую спросила она.
- Нет, - сказал он, - не из-за этого. Вы меня не узнали, а было время, когда мое имя гремело на весь город. Я был лучшим танцором танго. Лучшим. Номером один. Женщины меня на руках носили. А теперь…

Он махнул рукой:

- Одним словом, я не хочу, чтоб меня видели таким те, кто меня когда-то боготворил… Меня изуродовала эта война и мне не надо, чтоб меня узнавали. Я доволен своим прошлым, сеньора, своей былой славой. Это то, что меня держит…






… Через неделю один из ее мужчин удивленно спросил:

- Ты чего связалась с этим психом, с Хорхе Фонтевеккья?

- Ты его знаешь? – спросила она. – Хотя это немудрено, его когда-то знал весь город, теперь он скрывает своё лицо от бывших поклонников…

- Интересно, откуда было взяться поклонникам? – с сарказмом спросил мужчина. – Я-то его хорошо помню, мы жили в Бельграно на соседних улицах. Хорхе мечтал стать танцором танго. Но, к сожалению, у бедняги начисто отсутствовало чувство ритма. Он сутками учился танцевать под метроном и всегда сбивался. А потом эта история с трамваем на Хенераль Савио. Его волокло по камням полквартала, всё лицо изуродовало, да еще и ногу потерял… Какие уж тут поклонники! - он и живёт-то у сестры…




***


…Калека шел размеренно, шуршал плащ, лицо скрывала шляпа. Звуки шагов раздавались отчётливо, через абсолютно равные промежутки, как будто по улице шёл не человек, а дьявольски выверенная, раз и навсегда отлаженная машина.

- Хорхе, - окликнула его женщина.

Он остановился.

- От меня вам необязательно прятаться. Я-то, к сожалению, не застала времена вашей славы. Мне очень жаль, правда! Но я опять приготовила асадо, может, подниметесь?…











интересная развязка...

Это пипе-е-е-е-е-ц!!!!!!!!!!!
Блин, ну как же не хватает иногда слов!... нематерных....

Ругаться вообще не обязательно

Ваш ролик в тысячу... нет, в миллион раз лучше, но
не могу не поделиться вот этим:
https://www.youtube.com/watch?v=01WukohheHQ

Очень хороший ролик. К тому же, они танцуют под Querer, а я эту композицию еще со времен Сirque du Soleil люблю по спектаклю Allegria

Потрясающе! Спасибо!

Да, иногда случается))

О, женщина!..

Опять они виноваты...

Красиво. Спасибо за рассказ.

La revancha del tango, как я назвал cut

Many Thanks, Sir
Но танго - это Libertango и Astor Piazzolla - https://www.youtube.com/watch?v=7H-gx_rhP7Y

Саша, я в курсе. Однажды сам чуть не купил банденеон у старьёвщика на авеню Флорида, да вовремя одумался

ох, спасибо! редко сейчас такое можно прочесть...

"Производим редкости. Недорого"

Как же я люблю вот такие твои рассказы.
Добрые и пронзительные.

Обращайтесь, Елена Вадимовна. Или я не имею вам немного хорошей литературы? )))

Edited at 2016-04-05 10:49 am (UTC)

Да. Народу интересна политика, а мне интересней вот это

Кто ж, ещё-то услышит отставного танцора?..

Будем считать, что я танцор

и почему я не умею готовить... асадо? :( :)

Да у тебя и профессия, вроде, другая ))

?

Log in

No account? Create an account