suzemka

PHIL SUZEMKA

Life Counted In Nautical Smiles


Previous Entry Share Next Entry
suzemka

SILENZIO MARITIME - III - ЛЕТНЕЕ УТРО




- Проходите, садитесь, господин Смигля, - сказал офицер.

На его погонах было две денежки – то есть, подполковник.

- Я не Смигля, вы знаете, - сообщил ему я. – И вообще, я лоялен к правительству, мне нравится Колонэль.


Офицер поморщился.

- Хорошо, - сказал я, вспоминая формулу, - мне нравятся море, Колонэль и морошка. That's what I'm loving! Так?







- Мы с вами образованные люди, господин Смигля, - сказал офицер, - и я хочу, чтобы между нами не было недопониманий. Вот вы улыбнулись, говоря про морошку. Я понимаю, здесь она не растёт, но там, где вырос Колонэль, она является общеупотребительной, верно?

-  Вы позвали меня говорить о морошке?

- Нет, конечно же, нет! – воскликнул он. – Мне… нет, впрочем, лучше сказать – нам, … так вот, нам… нам как-то не очень по душе ваша фамилия. Этот Смигля…

- Еще раз повторяю, я - не Смигля, - сказал я, - и я не понимаю почему меня так зовут Феофилакт Смуглярский и ксёндз Самуйловский…

- Да, - застучал пальцами по столу подполковник и денежки на его погонах блеснули, - все эти поляки… Вы же понимаете, что это враги отечества и лично Колонэля? Поляки, как вы знаете, не любят нас еще с тех пор, как мы выгнали их из Итальянской крепости. Самуйловский – поляк. Он – ксёндз. Но ведь он мог бы быть и итальянцем, раз он католик, верно?

- Вы полагаете, итальянцы лучше относятся к морошке? – удивился я.
- Не иронизируйте, Смигля!
- Я вовсе не Смигля…
- Тем более, не иронизируйте! Вы герой, я в курсе, хотя, между нами, ведь никто не знает, куда бы вы повернули, если бы тогда у Канавы наши дела пошли бы хуже…

Я встал:

- Если вы почитаете дневник эскадрильи, то узнаете, что повернуть я уже никуда не мог: меня сбили при посадке на собственный аэродром и я катапультировался в районе батальона аэродромного обслуживания.

- Разумеется, разумеется, - пробормотал подполковник, - но представьте, что вы бы сели на территории, занятой изменником-аджаном? Что тогда?

- Тогда бы я питался морошкой… - злобно ответил я.






- Опять вы за старое, Смигля! – строго сказал он. – Это в вас всё от фамилии…
- Послушайте! - возмутился я. - Вы окончательно переходите все...

Он лениво выбросил вверх ладонь:

- Да, да, я знаю, вы снова начнете говорить, что вы не Смигля, но дело не в этом. Мне известно, что ваша фамилия – Орсини, но вы ведёте себя как поляк. Вы иронизируете над морошкой, а того не понимаете, какую роль она способна сыграть и еще сыграет в жизни общества. И не только в нашей стране. У вас есть хобби?

- Я не собираю банки с уродцами, если вы о патриотизме… - сообщил ему я. – А они что, тоже еще сыграют какую-то роль в жизни общества?

- Не смейтесь, Смигля! – резко оборвал меня он и, задумавшись, добавил: - А вам чертовски идёт эта ваша проклятая фамилия. Ну, какой вы Орсини?! – морошку не любите, банок не собираете, в исчезновение мостов не верите.

- В исчезновение мостов как раз верю, - сказал я, - человеку всегда надо во что-то верить. В основном, в чудо. Я верю в исчезновение мостов. Морошку я не считаю чудом. Полагайте это моим личным бунтом.

Подполковник позвонил в колокольчик. Эта забавная вещица была выполнена в виде маленькой банки, внутри которой болтался изящный уродец.

Дверь открылась и две женщины в черных чулках, черном латексном белье, черных сапогах до бедра, фуражках и с резиновыми дубинками в форме фаллоиммитаторов ввели в комнату испуганного человека в сутане.






- Подозреваемый Тадеуш Самуйловский, - монотонно начал офицер. – Знаете ли вы пилота Гвидо Орсини, героя Канавы? Знаком ли вам этот человек? Подойдите ближе и взгляните повнимательней.

- Пане Смигля?!! – в ужасе воскликнул ксёндз. – Матка боска! Вас-то за что?!!! Йезу Кристи, сыне Божий, они же и вас отдадут этим гарпиям.

Подполковник улыбнулся:

- А вы говорите, вас зовут Орсини. Хотите к гарпиям, Смигля?

Я взглянул на женщин. Одну из них я знал, раньше, до вступления в отряды Фрейда, она работала в москательной лавке на углу Соломки и Силенцио.

- Я не против, - сказал я подполковнику, поглядывая на их ужасные палки.

Та, которую я знал, улыбнулась мне. Вторая посмотрела с интересом.

- Ваше счастье, - сказал подполковник, - что вам мы верим больше, чем ксёндзу. Вот пропуск. Приходите ко мне запросто, мне кажется, мы можем дружить. Если хотите, я угощу вас морошкой. Нам, номенклатурным работникам, иногда её выдают, но я, к сожалению, совершенно не могу её есть.

Он застенчиво улыбнулся:

- Желудок, знаете ли… Идите, а мы тут побеседуем со святым отцом. Кстати, вы не в курсе, что они сделали с Галилеем? Не говоря уже о литовских грешниках… Пусть благодарит Бога и Колонэля…

- Да бледнеет имя Его меж банками, - неожиданно вставил ксёндз.

- …Бога и Колонэля, - медленно повторил офицер, - пусть он  благодарит
их, что мы живём в светском государстве. Я б ему за то, что они сделали с Галилеем…

- Пся крев! – снова неожиданно сказал ксёндз. – Хлопаки! Если б вы знали, что этот курвин сын Галилей сделал с маткой-церковью!...

- Довольно! – оборвал его подполковник. – Что вы, поляки, за люди! Идите, Смигля, я буду вас ждать. И перестаньте вести на улицах с кем попало глупые разговоры об убийстве Колонэля.






…Дамы из отряда Фрейда (Колонэль обожал все немецкое и, как все мелкие мужчины, млел перед большими женщинами) – так вот, эти дамы, наскоро одевшись, вывели меня за ворота учреждения и, легонько толкнув в спину неожиданно мягкой головкой одной из своих палок, попрощались, крикнув: «Зиг Мунд!»


- Всего вам бледного, - раскланялся я и пошел в «Медвежий Угол»...




...to be continued...







  • 1
Но это же галиматья !!!?!!!

Разумеется. Это вообще не нужно читать

Две денежки - это пять! вот такая математика ))

у девочек на снимке (явно весталки) униформа куда лучше, чем у описанных. Черные палки и меня ввели в ужас. А как морошка по-английски, пришлось искать в гуглотранслэйторе, оказалось - cloudberry. Мой муж не слыхивал и не видывал, в Британии не растет. Продолжаю внимательно читать, пока еще не приступила к заучиванию наизусть )))

Осторожней смотри на весталок и не забывай, что монополия на морошку - у Бледных. Или вообще не читай. Это не Дзікае Паляванне Караля Стаха, которому учили в Гродно )))

Edited at 2015-06-09 10:02 pm (UTC)

Отпустили таки...

Скорее, зацепили

А где "..to be continued..."? Нельзя же без Ынтриги (вот пытаюсь освоить сетевой ОЛБАНСКИЙ язык, но как-то не получается...)

а вас, Смигля, я попрошу...
и Шлаг как всегда сболтнул лишнего!
н-да, надо было ему не на лыжах, а вплавь перебираться

Вплавь - это от Силенцио до костёла

...."На его погонах было две денежки – то есть, подполковник."
Здесь Казагранди еще без денежков на погонах - то есть, капитан.
А Ирка Лунгомаре левая или правая? Что-то я её сзади не узнаю.

Снимок Казагранди сделан еще до событий у Канавы, а Ирка Лунгомаре, разумеется, слева

Вы жестокий автор, Фил. Хотя бы одну монашку могли б ему оставить, а?

(Deleted comment)
А зачем? Можно просто в окошко выглянуть или людей вокруг послушать

(Deleted comment)
Но дверь отверзлась, и явился в ней
С лицом почтенным, грустию покрытым,
Лазоревый полковник. Из очей
Катились слезы по его ланитам.
Обильно их струящийся ручей
Он утирал платком, узором шитым,
И про себя шептал: «Так! Это он!
Таким он был едва лишь из пелен!

О юноша! - он продолжал, вздыхая
(Попову было с лишком сорок лет), -
Моя душа для вашей не чужая!
Я в те года, когда мы ездим в свет,
Знал вашу мать. Она была святая!
Таких, увы! теперь уж боле нет!
Когда б она досель была к вам близко,
Вы б не упали нравственно так низко!

Но, юный друг, для набожных сердец
К отверженным не может быть презренья,
И я хочу вам быть второй отец,
Хочу вам дать для жизни наставленье.
Заблудших так приводим мы овец
Со дна трущоб на чистый путь спасенья.
Откройтесь мне, равно как на духу:
Что привело вас к этому греху?

Конечно, вы пришли к нему не сами,
Характер ваш невинен, чист и прям!
Я помню, как дитeй за мотыльками
Порхали вы средь кашки по лугам!
Нет, юный друг, вы ложными друзьями
Завлечены! Откройте же их нам!
Кто вольнодумцы? Всех их назовите
И собственную участь облегчите!

Что слышу я? Ни слова? Иль пустить
Уже успело корни в вас упорство?
Тогда должны мы будем приступить
Ко строгости, увы! и непокорство,
Сколь нам ни больно, в вас искоренить!
О юноша! Как сердце ваше черство!
В последний раз: хотите ли всю рать
Завлекших вас сообщников назвать?»

(А.К. Толстой. "Сон Попова")

(Deleted comment)
В тексте нет "москальского магазина". Есть москательная лавка

(Deleted comment)
(Deleted comment)
  • 1
?

Log in

No account? Create an account