AN ORANGE WINTER

То, что мы сделали, получилось случайно. Была обычная поездка к морю и горам. Как всегда, снимали то, что видели, но понемногу заигрались. Я и сам не знаю, про что это. До начала монтажа никто из нас, и я прежде всего, не понимали, каким образом сложатся отснятые кадры, настолько случайными они были. Скорее всего, ханжеский FaceBook захочет меня заблокировать, поэтому попробую просто оставить ссылку на свой канал и этот ролик в Vimeo. Ну, а там - как сложится. Смотрите. Возможно, понравится, а может, и нет. И ещё, может быть, кто-то наконец сможет нам объяснить что мы всемером нагородили...


КНИГА



Я очень давно не выкладывал никаких текстов. Тому было несколько причин, главная из которых - работа над книгой, неожиданно развернувшейся в какие-то ненормальные, блин, in-folio и in-quarto вместе взятые.

Работа окончена. Вот так выглядит двусторонняя распечатка, сделанная на папиросной бумаге. Самому страшно.

Сейчас текст проходит корректуру. Затем в планах - печать, электронная версия и, скорее всего, - аудиоверсия. Если кому-то ещё интересно то, что я пишу, буду держать в курсе относительно прохождения проекта.



RAFT AWAY

Я никогда их ничему не учил. Если честно  - у меня в школе было очень плохо с биологией. Меня тогда очень интересовало «как», но абсолютно не интересовало «чё дальше». В общем, обе барышни взялись невесть откуда. Один знакомый сказал - «из фаллопиевых труб». Возможно. Я те трубы вживую ни разу и не видел: у меня вообще плохое зрение и я с ним не суюсь куда не надо.

Обе родились и принялись расти. Вот тут токо шо были так себе, а потом по плечо. Я их ничему не учил. Девочки приходили с вопросами по английскому, я посылал их на хер вместе с их учителями. Поэтому языки они знают лучше меня.

Но одно я сделал правильно: они смотрели советское кино и наши мультики. Это было помимо «Форреста Гампа» и «Дня Сурка» на вражеских наречиях.

А потом я столкнулся с последствиями. Они столько раз пересмотрели кинокартину «Верные друзья», что старшая с её тогда ещё мальчиком (потом мужем) взяли да и построили плот. Прошли на нём по Угре и затем улетели вдвоём на год в Латинскую Америку. И я понял, что древнерусскому Стоянию на Угре их не учили ни я, ни школа. На Угре не надо стоять. По ней надо плыть.

И я сейчас смотрю на их ролик, кривлюсь, раздражаюсь на музыку, монтаж, а потом вдруг думаю: «А, мож, и правильно, что я их ничему никогда не учил? Да кто я такой?»

Малыши выросли. И я их люблю…



<

Raft-Away from Phil Suzemka on Vimeo.



КРАСНЫЕ ФОНАРИ ЭПОХИ

b2d510e8f4b2b0b0b8ca8bb4a4b7f625b17b89de.jpeg


Я был совсем мелким, когда погиб космонавт Комаров. Маленькая заснеженная (до труб) деревушка на Сахалине. Раз в неделю показывали кино. Не мне: родителям. Мне четыре  года. Ну какое кино в четыре года?!  На «Айболит-66» родители отвели, когда мне было целых пять. Первое детское кино у нас. Апрель, снега сошли, Охотское море гонит от Магадана льдины, багульник расцвёл, медведи проснулись, пять японских шпионов за весну поймали (оттаивали они, по весне, что ли?) - в общем, жизнь снова началась. А тут аж Бармалея вживую!

И песню с тех пор помню: Магомаев пел про королеву. Смысла не понимал, но понравилось сразу. (Не музыка, нет, - вообще песня, я тогда всё целиком принимал). Отец несёт меня к кинотеатру на плечах, деревянные тротуары посёлка с чудным и непонятным названием «Черёмушки» скрипят под его ногами, рядом идёт невозможно красивая мама, а я радостно бью отца по груди новыми, одуряюще вкусно пахнущими сандалями. Наклоняюсь (чтоб снова понюхать).

В руке у отца мой, только что им купленный, самокат, на котором я через пару дней буду в ужасе лететь с сопки, вопя мужикам с пивными кружками «Дяденьки! Разойдитесь!!!». Кружки я им побью, а двоих даже свалю на землю (дяденьки не разошлись). Но то будет через два дня - целая вечность!, а пока на улице из каждого окна орёт «Королева красоты». Это магнитофоны «Яуза». Конец апреля. Сахалин. Зимы больше, наверно, никогда не будет. Тогда просто мысль залетела, а теперь вот, не поверите, надеюсь...



Collapse )


TO SAY NOTHING OF THE DOG

IMG_9317.jpeg


Четыре года назад в эти декабрьские дни я находился в середине Атлантики. На катамаране Ipanema мы шли от Кабо-Верде на Барбадос. Бразилец Ренато, владелец нашего Lagoon-400 сильно удивил меня, сообщив, что у него вечные проблемы с названием лодки на подходах к маринам.

- Слова Ipanema никто не знает, - пожаловался он. - По десять раз повторять приходится.

Я не поверил. Ну, как это?! -
The Girl of Ipanema они никогда не слушали?  Кто такой Jobim не знают?

На траверзе порта Bridgetown Ренато запросил разрешение на вход в таможенную зону для лодки Ipanema.

- What's the name of your boat you've said? - через паузу отозвался VHF.
- Ipanema.
- Once again please?
- India-Papa-Alpha-November-Echo-Mike-Alpha, - со вздохом привычно проспеленговал Ренато, выразительно глядя в мою сторону печальными амазонскими глазами.

Через полминуты размышлений таможня осторожно спросила:

- Such a long name for such a short boat?..

...Сегодня опять пересмотрел ролик о том переходе.








СОБЕРИ СЕБЕ СВЯТОГО

TELEFON_PROVOD_STENA_80746_1024X768.jpeg


Случилась perestroika. С ней появились computers. А в них завелись games. И все обалдели. Музей Ленина тоже обалдел. Интерес к большевикам падал, на знамя Парижской Коммуны пялиться никто больше не хотел, жилетка истлела и даже знаменитая картина  Финогенова «В. И. Ленин на испытании электроплуга» никого в музей не заманивала. Тем более, что Ленин откинулся в двадцать четвёртом, а картина вместе с электроплугом появились только в тридцать девятом.

И тогда дирекция музея решила шагнуть в ногу со временем. Шаг намечался грандиозный: накупить компьютеров, расставить их между письмами Каутского и кепками и создать компьютерную игру, посвящённую жизни основоположника.



Collapse )


FOUR DAYS ON AN ISLAND

IMG_1952.jpeg


Редко какой идиот летает к далёким островам на два дня. Поэтому я - редкий. Мы летели с двумя пересадками из Лангкави в Сингапур, а оттуда в Москву через Мале. На пути была Ritrella. Она ещё не успела стать той красавицей, которой я видел её в последний раз. Кругом валялись железяки, сверкала сварка, можно было легко переломать ноги о какие-то трубы и вентили.

Через год я прилетел снова, но уже, считай, надолго - не на два дня, а на целых четыре. Ritrella была всё такой же и даже на ходовом мостике всё держалась на каких-то мореходных соплях. Мы ночью ушли в Океан, а потом я смонтировал ролик. И это очень клёво, потому, что сейчас Ritrella - настоящая pleasure boat, а тогда... Ну, общем, увидите.



Collapse )