suzemka

PHIL SUZEMKA

Life Counted In Nautical Smiles


Previous Entry Share Next Entry
suzemka

ЖИЗНЬ ЛЮКА СТАРЛИНГА. Часть Третья и Последняя Из Обнаруженных




Поликарпус, как звали моего нового друга, увез меня в Московию - дикое государство, отстоящее от Европы на значительном расстоянии. Центром этой страны является город Москва, где проживает тамошний кайзер.

Я, как уже увидел внимательный читатель, легко перемещаюсь с одного места на иное, подобно птице, не успевающей хорошенько насидеть облюбованное ею гнездо. (Не скрою, враги мои толковали эту философскую метафору превратно, издевательски говоря "не насидеть, а нагадить", но такова уж судьба большинства исключительных людей, от какого-нибудь самого невзрачного Аристотеля и до меня включительно).





Однако ж, признаю, что вряд ли бы я по своей воле покинул Дьепп, если б не был изгнан господином Цейсмусом, Брюгге, где неверно истолковала мои учёные штудии негодяйка Ринсофи, или Дельфт, где меня намеревались утопить.

Московиты же, в удручающем большинстве своём, состоят из людей, недавно покинувших иные места, дабы обрести счастие в столице. Адский огонь отчего-то сжигает умы и души жителей разных поселений этой страны, заставляя их преодолевать дьявольские препоны, чтоб стать жителем Москвы. Став же таковыми, они прикладывают все силы свои, пытаясь не пустить сюда своих же последователей.

Быстроглазые и необыкновенно подвижные, носятся московиты с одной окраины своего странного поселения на другую безо всякой на то видимой причины. И в том состоит основное их занятие, ибо невозможно зарабатывать деньги, когда весь день твой истрачен на то, чтоб с высунутым от усердия языком переместиться от одной до другой городской заставы.

Медлительные приезжие, не поспевая за московитами нигде, выталкиваются ими за городские стены во мгновение ока и долго еще стоят, не понимая, как оказались они в чистом поле, пока наконец, не плюнув наземь, не побредут горько в свои родные пределы, рассказывая всем и каждому, сколь бессмыслен и невозможен никакой приличный промысел в главном городе невнятного этого государства.






Московские люди, как и все население страны, отличаются крайней проницательностью в вопросах пола. Я так и не смог выяснить, каким образом им удается по совершенно незаметным признакам определить сердечные пристрастия друг друга.

Мужчины часто обвиняют друг друга в однополой любви. Так, например, однажды на базаре я был свидетелем одной сценки. Некий воин купил у торговца рыбу, но, понюхав ее, закричал отчего-то на продавца, что тот часто приемлет ласки мужчин.

- Тухлую рыбу продал! - негодовал воин. - Да кто ж ты после этого, как не вожделеющий мужской ласки!

Однако торговец, основываясь на каких-то известных только ему сведениях о воине, также сказал:

-  Мне ведомо, что и сам ты спишь с мужчинами охотно!

Затем торговец добавил:

- Иди отсюда, либо в противном случае мой детородный уд войдет в тело твое многократно!

Я спросил у Поликарпуса, не любовники ли эти люди, но тот сообщил мне, что они видят друг друга впервые.

В другой раз я видел, как крестьянин негодовал на помещика, отобравшего у него телегу.

- Он совершенно очевидно возжелал мужчину! - с уверенностью говорили на собеседники. - Ибо человек, отбирающий телегу, одержим содомским грехом.

После этого они все переругались из-за меры овса и из их разговора я выяснил, что и сами эти люди пребывают в постоянной порочной связи друг с другом. Причем один из крестьян, замахнувшись на коня, съевшего овес, сказал так:

- И ты, скотина, жаждешь прелюбодеяния с мужчиной!






Так же русские люди обладают совершенно удивительной способностью откуда-то все знать о родственниках собеседника, так что у меня сложилось впечатление, будто вся страна состоит в тесном, хоть иногда запретном родстве.

Так я видел, как на паперти подрались двое нищих и один из них, мальчик лет четырнадцати, говорил другому, убеленному сединами старцу:

- Я возлежал с матерью твоею! Чтоб ты сдох!

Не вполне поняв логической связи, я отметил про себя долголетие жителей этого государства.

Наступив на что-либо, или ударившись головою, жители непременно говорят, будто наступили на падшую женщину или ударились о нее.

Вместо “нет” или “ничего подобного” они говорят “здесь нет ни одного мужского детородного органа”. Уличив же собеседника во лжи, они уподобляют его женскому лону. Так же они относятся и к приказам кайзера своего.

- Вот женское лоно какое! - удивляются они, прочитав очередной указ правительства. - Да ведь никакого детородного уда из этого не получится!

Эти удивительные создания, получив какое-либо дурное известие, грустят о состоянии задней части своего тела и разговор их тогда в высшей степени непонятен. Я видел разорившегося купца, который на вопрос о делах сообщил, что у него полная задняя часть его тела, хотя я обратил внимание на то, что она у него была довольно худой.






Как ученый путешественник, я с интересом изучал эту страну и забавный народ ее. Поликарпус сопровождал меня некоторое время, затем исчез и я больше никогда его не видел. Я справлялся о нем у разных людей, пока не получил известия о том, что он заболел распространенной в этих краях неизлечимой нервною болезнью, которую здесь описывают словом “спился”.
 
По истечении некоторого времени я был приглашен к кайзеру в его красный замок. Неподалеку от замка я увидел храм, посвященный, как мне объяснили, одному местному сумасшедшему. Строители храма, по всему видать, никак не могли договориться между собою о том, какие делать храму купола, оттого каждый сделал ему тот купол, который хотел сам. Из-за этого строение это выглядит несколько нелепо и, наверно, потому его и посвятили сумасшедшему человеку.

На площади же, меж замком и храмом обычно устраиваются городские гуляния с не всегда предсказуемым исходом.






Кайзер принял меня в большой комнате, окруженный челядью и охраной. Он не смог поздороваться со мною, ибо руки его были заняты двумя какими-то предметами.

- Верно ли, что ты умеешь строить шлюзы и каналы? - перевели мне вопрос кайзера.

- Сир, - отвечал я, поклонившись, - не умею вовсе!

Кайзер удивился и велел привести к нему моего друга Поликарпуса, но государю сообщили о нервном заболевании последнего. Я объяснил, что, вероятно, произошла ошибка при моем найме на работу, однако поблагодарил за жалованье.

- Ах, ты проклятый любимец мужчин! - ни с того, ни с сего сказал мне кайзер. - Да я всходил на ложе к родительнице твоей, лаская ее разнообразно! И если ты не построишь мне шлюза, то знай, что я возжелаю тела твоего, и полюблю тебя необыкновенно, отчего ты придешь в негодность. И уста твои сделаю средоточением ласки моей. И жизнь твою уподоблю полной задней части тела твоего.

Я учтиво ответил, что благодарен за нежданную благосклонность ко мне его величества, высказал удивление знакомству кайзера с моей матушкой, каковое она непонятным образом сумела в свое время от меня скрыть, но с огорчением отклонил любовные притязания государя, основываясь на том, что воспитан иначе.

Лицо же его говорило, что не будь его руки заняты предметами, о которых я выше упоминал, он бы тот час заключил меня в свои августейшие объятья.






В конце концов, меня на время оставили в покое и я смог вернуться к своим ученым занятиям. Я познакомился с женою одного воина. Женщину эту звали Теокла и, в тяжких раздумьях о судьбах ее родины, я принялся за изучение русского языка.

Через пару месяцев я легко освоил основные пять слов, которые в этом чудесном языке могут заменять все остальные слова.

Теокла на вопрос о муже отвечала (как и все женщины этих мест), что он “человек недалекого ума”. Однако ж язык ее родины описывает это не совсем обычным способом: дословно это можно перевести фразой “на любовном ложе его отличает некоторая долбливость”, но при этом имеются в виду лишь умственные способности мужчины, а вовсе не любовные.

Так же Теокла называла его “почитатель падших женщин”, говорила, что “детородный орган его издает звон”, что он и сам представляет из себя этот же орган, но отчего-то “пришедший с бугра”, и так далее.
 
Муж Теоклы хоть и появлялся всегда пьяным, но, любя Теоклу, массировал ей голову, как это принято у русских мужчин, таская за волосы ее по полу из одного угла в другой. Затем они игриво, но довольно метко перебрасывались чугунными сосудами, в которых здесь готовят пищу.

Жена его, хоть я и объяснил ей всю лечебную полезность массажа, пыталась иногда от него уклониться, сразу приступив к игре в чугунные сосуды.






Начиная свои научные поползновения в сторону этой женщины, я не ждал, что пылкая Теокла едва не задушит меня в своих объятиях.

Однажды вечером, когда муж ее как всегда “маялся детородностью” (так до сих пор и не знаю, что это означает), жена его, отставив в сторону прибор, состоящий из медного сосуда, трубы, сапога и чашки с блюдцем, с интересом глянула в мою сторону.

Читателю известно, что ученому всегда крайне важно не пропустить момент начала эксперимента. Однако, читатель может не знать, что иногда, пропустив этот момент, ученый сам может стать жертвой опыта.

Итак, Теокла посмотрела в мою сторону и, распустив волосы, поманила меня. Я же подойдя к ней боком, скромно возложил руку на лоно ее и почти уже было сказал “как в твоем краю называют это, добрая женщина?”, как Теокла, возложив свою руку на то же место на моем теле, сжала его с невиданной силой. При этом она сказала, как  Это называется меж русских женщин.

Звучание этого слова, краткое и выразительное, позволяет женщинам произносить его с придыханием, в чем видна их несказанная, незнакомая мне прежде нежность. Тем не менее, боль, причиненная мне страстью Теоклы, заставила меня скрючиться и возопить о помощи.






- Хорошо! - сказала Теокла. - Тогда мы станем танцевать, держась за очаг.

Ей-богу, не знаю, что она имела в виду, но я счел безопасным не перечить ей и неуклюже сплясал тарантелу, придерживаясь рукою за печь, как Теокла того хотела.

Увидев мой танец, женщина расстроилась, хоть я и старался изо всех сил. Затем, махнув на меня рукой, она для чего-то попросила меня бросить в стену несколько зерен гороха, что я тоже сделал, не вполне отдавая себе отчет в целесообразности ее просьбы.

Видимо, это еще больше расстроило ее, ибо она покачала головою, сообщив, что и я, как и муж ее, “всхожу на ложе долбливо”. Я же в тот момент чувствовал, что едва ль когда-либо вообще буду в состоянии даже приблизиться к ложу.

Но страдания мои на том не кончились. Своеобразность любовной прелюдии распалила воображение женщины и она прокричала, что для удовлетворения ее страстей мне придется с помощью топора заострить некое дерево, укрепив его предварительно на собственной голове.

Я не мог этого даже представить и потому учтиво отказался от предложения. Кажется, она говорила об осине.






Несколько дней после этого я приходил в себя. Теокла горевала и иногда ласкала меня страшными своими руками. Несколько раз она мыла меня в душном помещении, нестерпимый жар которого едва не доконал меня.

Отказаться же от посещения этого места я не мог, ибо Теокла намекала, что лишь будучи расслаблена паром, она еще удерживается от того, чтоб не переломать мне кости. Однако ж, видимо вожделея моего тела, она исступленно избивала меня всякий раз влажною метлою.

Все это не могло продолжаться долго и я попросил кайзера отправить меня куда-нибудь, дабы избежать неминуемой смерти. Кайзер, по обычаю тех мест, сначала отправил меня в некое женское лоно, не объяснив при этом, что именно он хотел оттуда добыть с моей помощью.

Вообще я заметил, что всех, кто обращался к нему с какой-либо просьбой, кайзер предварительно отправлял туда же, куда и меня. Вероятно, это был некий испытательный этап перед настоящим назначением. В конце концом, желая от меня избавиться, государь заявил, что я включен в отряд, выступающий на завоевание Сибири.

Я сызмальства не был обучен завоевывать Сибирь. Казаки, в отряд которых я был определен, в нескольких словах объяснили мне, что в Сибири нас ждет много чувственных наслаждений. Так, говорили они о цели нашего похода, мы должны будем возлежать со всеми, кто попадется нам на пути, включая даже животных, которых они обещали при встрече возлюбить и со стороны хвоста, и со стороны гривы.

Опасаясь за свое здоровье, и не залечив увечий, нанесенных мне Теоклой, я решил бежать из отряда при первой же возможности.






И вот надо же было такому случиться, что однажды ночью нас всех...



***

к величайшему сожалению господ издателей,
именно на этом месте обрываются найденные
к нашему времени (
MDCLXVIII) краткие записки,
озаглавленные
как

ПРАВДИВЕЙШАЯ
ИСТОРИЯ

ЛЮКА СТАРЛИНГА

БАШМАЧНИКА ИЗ ДЬЕППА,
ДЖЕНТЛЬМЕНА,

И ОПИСАНИЕ ЕГО НАУЧНОГО ПУТЕШЕСТВИЯ ПО СВЕТУ,

ДОСТОВЕРНО ИЗЛОЖЕННЫЕ
ИМ САМИМ

Или
Путь Менеджера



Tags:

  • 1
Ну хорошо хоть не убил мальчика:(
ПС: Эээ... стесЬняюсь спросить, а можно драть на цитаты? И каковы условия?

А шо? Нада цытатав? - Их есть у меня. Нехай берут

"берут"... Неееее:)! Щас прям! Я буду пользоваться сам и только сам! В спорах часто не хватает аргументов. Можно, конечно, и по лицу, но мне сказали, что это не прилично... А тут ссылка на такой "Некий Загадочный Источник"!- это ж как удобно то! Эпоха копипейста,фигли...

У меня для таких случаев есть замечательная фраза Германа Мелвилла в "Моби Дике": "Как сказал один древний автор, чьи рукописи дошли до нас в единственном экземпляре, владельцем которого являюсь я, ..."

Имя автора будет указано обязательно. Цитирование чужой мудрости придает вес в разговоре!

Шикарно! даже не всё смог расшифровать :)))

Да я вас умоляю: там нема чего расшифровывать

Что-то беден мой русский язык - не смогла перевести "наобратно". ;)))
О-хо-хо-нюшки... кабы знать бы, где поискать бы.... про Сибирь-то...
;))

Это мой язык убог и скуден, а глаза увяли и потухли, ибо даже места этого изыскать не смог

Фил я наверно Вам могу уже поднадоеть своими вопросами.но не могу с собой сделать не чего!
Образ Люка писан Вами с близкого Вам человека?

Нет, Дим, не настолько я идиот, чтоб у меня были такие близкие!

Зайду с другой стороны....Вы с ним знакомы,а остальное дорисовали с помощью своего литературного воображения и познаний людской натуры?
Понимаете ли Фил,у меня приятель таких вот кровей,на данный момент я сталкиваюсь с ним довольно часто,он решил заняться настольным теннисом на склоне лет.Я просто иной раз залипаю от его жизненной позиции и молю Бога что бы таких вот типов мне более не встречалось.А самое интересное что Вы выходите в сеть с таким вот постом,почти с одновремённым появлением этого типа опять таки в моей жизни.
Я человек мало комуникабельный и довольно резкий в оценке кого то,скажем так как в лицо.Из чего в принципе и выходят недруги,коих у меня скажем так не еденицы.Поэтому мне просто интересно как Вы писали этот образ?
Я думаю понятно выразился.
Но пишите Вы прекрасно,я бы Вашу книжку купил,в отличие от книги другого друга взаимника по ЖЖ;)

Я никогда не был знаком с Люком и, надеюсь, никогда его не увижу. Во всяком случае, постараюсь держаться подальше, если вдруг встречу. Но вспомните сами, начиная от учителей в школе, прапорщиков в армии и до коллег по работе - они же попадаются на каждом шагу, только успевай уворачиваться. Отсюда и возник "Люк Старлинг или Путь Менеджера"

Увлекательно, жаль что неок так быст.

Ну, как есть, так есть...

  • 1
?

Log in

No account? Create an account