suzemka

PHIL SUZEMKA

Life Counted In Nautical Smiles


suzemka

ТРАНС-АТ НА ФОРДЕВИНДЕ. Часть Четвёртая и Последняя. ...НЕ ГОВОРЯ О СОБАКЕ...




В Бриджтауне мы мыли лодку. Чтоб было понятно, повторю ещё раз: Бриджтаун...

Не! Не так — Bridgetown, Island Of Barbados (Барбадос, блин, не Калуга-ж-Товарная!). Прямо перед мордой — Cavan's Lane, справа — Screwdock Bar, слева — Fish Market, а кругом — Carlisle Bay.

А мы лодку моем. Солёной водой, причём. Потому, что пресной нету и не предвидится.




Action!Collapse )




suzemka

ТРАНС-АТ НА ФОРДЕВИНДЕ. Часть Третья. ПОКА ШЛА МИРОВАЯ ВОЙНА




Кока-колы оказалось из расчёта полтора литра на полтора дня. На шесть человек. Мы с Артуром озадачились. Мысль о том, что мировой экономический кризис может принимать настолько причудливые формы, в нашу совместную голову ещё не приходила.

- Ну, ладно, - наконец отреагировал я. - Раз нет кока-колы, будем пить пиво.
- Не будем, - предупредил Йенс. - Пива у нас четыре бутылки.
- На день всего четыре бутылки?! - удивился я.
- Не на день, - объяснил Йенс. - На переход. На 2000 миль

Я сначала смолчал, но потом таки спросил:

- Хорошо, пусть на переход. Но почему четыре, а не шесть, всё-таки?
- Очень просто: Сара и Паоло не пьют пиво. Поэтому четыре. Сара пьёт вино.
- Ещё я пью кашасу, но кашасы нету, - сказала Сара.
- А вина сколько? - поинтересовался я, уже чувствуя нехорошее.
- Две бутылки, - сказал Паоло.

Мы даже не стали спрашивать, почему именно две, а я, схватив коку, принялся её разливать. Артур, сунув нос в свою чашку, мрачно заметил:

- Ну, вот, что ты налил, как украл?! Налей нормально. Смотри, сколько Ренато себе нафигачил! Так никакой колы на полтора дня не напасёшься, гори оно всё огнём...

- А лёд есть? - спросил я.
- Нету, - сказал Ренато. - Генератор льда есть, но только лёд он не генерирует.
- А что он генерирует? - раздраженно спросил я.
- Он ничего не генерирует. Он ток потребляет.
- Так! - решительно встал Артур. - Давай разбираться, что тут вообще работает!



The Final CutCollapse )




suzemka

ТРАНС-АТ НА ФОРДЕВИНДЕ. Часть Вторая. С ФАСОЛЬКОЙ НА БОРТУ




Выход был назначен на 30 ноября. О провианте сказали не беспокоиться: мол, и без вас всё закупим, отдыхайте. Я и не беспокоился, поэтому вечером пошёл покупать виски.

- Три литра тебе хватит, - сказал Артур, пакуя бутылки. - Я вино пить буду, поэтому виски — только на тебя.

Я сдуру согласился. Меня подвёл опыт. Обычно русский мореход, если идёт из Новороссийска в Геленджик, набирает продуктов на две кругосветки. Это не говоря об алкоголе.



Sail AwayCollapse )



suzemka

ТРАНС-АТ НА ФОРДЕВИНДЕ. Часть Первая. ОСТРОВА ЗЕЛЁНОГО КРЫМА




До Мюнхена я мало что помню. До Мюнхена я пил, а Артур со стюардессами на меня косились. И если б не «green corridor» в Касабланке, я б, может, и дальше плохо б соображал, но от «зелёного коридора» по-африкански чуть не позеленел.



Cabo VerdeCollapse )



suzemka

ПРИНЕСЁННЫЕ ВЕТРОМ




Никогда ещё в моей практике пожелание «попутного ветра!» не исполнялось с такой безнадежностью. Ветер был не то, что попутный, а как бы это лучше сказать... Итальянцы это называют «il vento in poppa». Лучше, поди, для русского морехода и не скажешь. От Зелёного Мыса до Наветренных Островов — один сплошной фордевинд от 10 и до 45 узлов. То с виски, то со шкотами, готовыми оторвать тебе голову. Так что, никаких галсов. No tacking, buddy. Just sail ahead as it blows...

Оба спутниковых телефона накрылись еще в первый день пути. Связь - только по VHF. А кого ты поймаешь на VHF в Океане, в стороне от судоходных путей? Только такого же ненормального, как сам. Понимаешь, что какое бы сообщение ты  сейчас не получил, сделать всё равно ничего не сможешь: у тебя тысяча миль назад и ещё больше вперед. Но сама мысль о недоступности связи с любимыми, оказывается, может легко сводить с ума. Особенно на ночных вахтах. Отвык. Не думал, что так тяжело.

Сегодня Ipanema подошла к Острову. Пятнадцать дней в пути. 2037 миль. На борту все здоровы и даже Фасолька умудрился ни разу не свалиться ночью в Океан.

Всё. Мы на Барбадосе. Теперь бы ещё понять, как отсюда выбраться. Моя четвёртая Транс-Атлантика и мой шестой переход по этому Океану закончены. Потом расскажу, как это было, а теперь нужно разобраться с собой.




Carlisle Bay. Cavans Lane Dock. Bridgetown. Barbados. 15th of December 2015. 08.45 p.m. Local Time




suzemka

GUYS FROM IPANEMA




Лето кончилось окончательно и безнадёжно. Три ноябрьских дня в Италии, где вдруг и не пойми с чего оказалось плюс двадцать — не в счёт: скрученные жёлтые листья падали на черепичные крыши, на дороги и в остывшие бассейны.



Cabo Verde Again!Collapse )






suzemka

CONTRACT TERMS & CONDITIONS




Военные лётчики должны приземляться живыми. Военные самолёты — не обязательно. Смерть военного лётчика раньше входила в условия его контракта. Сам контракт до сих пор называется присягой. Не хочешь — не принимай. Тем более, текст стал невнятным. В СССР, например, я конкретно подписывался под тем, что буду «всемерно беречь военное и народное имущество». Произносил, потом брал ручку и подписывался. И не дай бог портянку потерять!

Сейчас это из текста удалили. Значит, что портянку, что самолет беречь необязательно (раз не входит в условия контракта).



...и торжественно клянусь...Collapse )



suzemka

СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ ВЫДРИЧ. Часть Вторая и Последняя.




Так вот, Нина Семёновна была единственным сотрудником комендатуры, который любил Выдрича. И я догадываюсь, за что: сама, будучи редкостной раздолбайкой, она обожала Васю за педантизм. Я хорошо помню тот день, когда она его впервые приголубила. Выдрич тогда ходил с писарем по территории и диктовал:

- Пиши: подставко деревянно для чистки ног.

- Това-а-а-рищ старший лейтенант! - ныл писарь. - Ну, зачем писать - «для чистки ног»?! На ней же не ноги чистят, а сапоги!

- Ты ж сопоги-то не на голову-то надевашь! - возражал Выдрич и диктовал дальше, - ваза обою... обою... обоюдовая.

- Какая?!

- Обоюдовая. Сам же вишь: она и снизу и сверху одинакова.

- О, господи, - бормотал писарь, пытаясь вспомнить, как пишется «обоюдовая».



Вольно!Collapse )



suzemka

СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ ВЫДРИЧ. Часть Первая




Мы курили на лавке. Он снял фуражку, положил её между нами и теперь рассматривал свои сапоги, поворачивая вытянутые ноги то так, то эдак. Было тихо.

- Ты, Суземка, не говори никому, - сказал он.
- Да не скажу, Василь-Митрич, не переживай, - отмахнулся я.
- Вот и не говори. Военно тайно. Лучче я сам коменданту доложу.
- Не переживай, - повторил я. - Оно мне надо?



Вольно!Collapse )



suzemka

ДЕД ПАНАС И ТРАКТОР ГЛОНАСС




Сидим это мы с Мурчиком с утра, никого не трогаем. Я глазами лупаю, Мурчик песни орёт. И тут в наш талантливо организованный идиотизм врывается звук тракторного мотора. Четвертый раз за утро. Бодрое выбегание на балкон ни к чему не привёло: чёртова кукла опять успела смыться. Сидим дальше никого не трогаем. Мурчик глазами лупает, я песни ору. Ждём. Только я пошёл чаю налить, Мурчик как завопит — и на балкон!

Внизу трактор. Сзади цистерна. Оранжевая как советский детский верблюд. А сам трактор синий. Не успел я подумать, что в таком сочетании цветов есть что-то вражеское, как он постоял-постоял, мордой туда-сюда поводил, гыркнул задней передачей и уехал за угол.



ключ на старт!Collapse )


Tags:

?

Log in